Классы техники
облако тегов
САУ A7V история создания K-Wagen Fiat 2000 Fiat 3000 D1 H-35 H-38 H-39 Hotchkiss Aufklarungspanzer 38(t) Sd.Kfz.140/ 155 AU F1 155 GCT A-7D Corsair II 75-мм полевая пушка обр.1897 года CA-15 Kangaroo Birch gun 17S 220-мм пушка Шнейдер 220mm Schneider 240mm Saint-Chamond GPF 194-mm FCM 1C FCM 2C Kfz.13 Defiant Blenheim Blenheim I Blenheim Mk.IV Blenheim V Bolingbroke 3-дюймовка 76-мм полевая пушка обр. 1900/1930 76-мм горная пушка обр.1904 г. Furutaka Kako тяжелый крейсер Aoba Kinugasa Ashigara Haguro Beaufighter Beaufighter Mk.21 Flammingo Flammpanzer II 2 cm Flak 38 Sfl.auf Pz.Kpfw.I Ausf Flakpanzer I Panzerjäger I 7 cm Pak(t) auf Pz.Kpfw.35R 15cm sIG33 (Sf) auf Pz.Kpfw.II Ausf 5 cm leFH 18/40 auf Fgst Geschuetzw 10 5 cm leFH 18/40 auf Fgst Geschuetzw 5 cm leFH 16 auf Fsst Geschuetzvvag 5 cm leFH 18/3 auf Fgst Geschuetzwa 5 cm leFH 16 auf Fgst Geschuetzwage 5 cm leFH 18 Fgst auf Geschuetzwage (Geschützwagen I (GW I) für s.I.G. 15 cm schwere Infanteriegeschütz 33 BISON 60/44-мм Flammpanzer III Brummbär Brummbar 10 cm K.Pz.Sfl.IVa 5 cm К (gp.Sfl.) Dicker Max Jagdpanzer IV Jagdpanzer IV L/48 Jagdpanzer IV L/70 Hornisse Hummel Heuschrecke 10 12.8 cm Pz.Sfl.K40 Elefant FERDINAND Jagdtiger JagdPanther 2С19 AIDC F-CK-1 Ching-Kuo Armstrong-Whitworth Whitley Combat Car М1/М2 Fairey Firefly(биплан) Reno FT-17 Cunningham Пе-2 CTL эсминцы Бэттл 0-10 Lancaster B-2 Spirit Komet Apache Гроссер Курфюрст Кениг Кронпринц Марграф Ми-8
Вход на сайт
Приветствую Вас, Гость
Помощь проекту
Яндекс кошелек 41001459866436 Web Money R393469303289
Поиск статей
Статистика
Яндекс.Метрика
время жизни сайта
Главная » Статьи » Франция » Бронетехника Первой Мировой войны

Renault FT-17
Легкий танк Renault FT-17

РОЖДЕНИЕ ТАНКА

В апреле 1916 года Военное министерство и Генеральный штаб Франции приняли решение о формировании первых танковых частей. Своим появлением эти части в значительной мере были обязаны полковнику артиллерии Жану-Батисту Этьенну. Еще до войны он стал известен во французской армии как один из инициаторов применения во французской армии стрельбы с закрытых позиций, в связи с чем им был разработан ряд артиллерийских приборов, проведены работы по внедрению телефона для управления огнем батарей. Как артиллерист он стал и одним из организаторов французской авиации, использовавшейся для корректировки артиллерийского огня, а также большим энтузиастом внедрения мотора в армию.
И хотя подобная инициатива во французской армии была ни единственной, ни первой, именно Этьенн не только вовремя и правильно оценил назначение будущей боевой машины, но и детально обосновал принципы ее боевого применения, да к тому же проявил незаурядную настойчивость в «пробивании» своего детища в среде высшего командования. 12 декабря в Шантильи Этьенн лично доложил свои предложения генералу для поручений при главнокомандующем Жанену.
В июне 1916 года Этьенна во главе специальной миссии отправили в Англию, где он ознакомился с британскими разработками «сухопутных кораблей» и даже пытался убедить союзников не пускать их в бой, пока не будут готовы французские машины (союзники эту просьбу проигнорировали). По возвращении ему поручили лично заняться формированием танковых частей. В отличие от английского «tank» («танк»), у французов для новых машин нашелся свой термин - они получили название «штурмовой артиллерии» (l'artillerie d’assaut) или «специальной артиллерии» (l’artillerie speciále).
Создававшимся в это время средним французским танкам «Шнейдер» и «Сен-Шамон», собственно, и отводилась роль артиллерии сопровождения пехоты. 30 сентября 1916 года Этьенна назначили командующим «штурмовой артиллерией».

Идея создания легкого танка имела в условиях военного времени и немаловажные производственно-экономические и эксплуатационные обоснования. Затянувшаяся разработка первых средних танков показала, с каким трудом французская промышленность в условиях войны и потери ряда промышленных и сырьевых центров изыскивает материалы, мощности и рабочую силу для выполнения таких заказов, а машина грозила оказаться сложной в эксплуатации и транспортировке. Двигателей большой мощности также было мало. Ситуация с личным составом была еще неясна - ресурс живой силы пожирало сражение под Верденом. Принятие легких машин с упрощенной конструкцией, автомобильным двигателем и небольшой численностью экипажа обещало решение этих проблем и массовый выпуск нового боевого средства.
Уже в июле в отеле «Клариж» состоялась встреча Этьенна с известным конструктором и промышленником Луи или Людовиком Рено. Фирма «Рено», основанная в 1898 году, к тому времени успела стать одной из ведущих в авто и моторостроении с филиалами за рубежом, а сам Луи Рено зарекомендовал себя как отличный конструктор. После истории с «Марнским такси», когда 6-8 сентября 1914 года 600 парижских такси «Рено» АG 1910 перебросили к линии фронта у реки Марна более 5000 солдат и этим помогли «спасти Париж» от германского наступления. Рено стал почти национальным героем и сотрудничал с военным ведомством весьма успешно.
Кстати сказать, это была не первая встреча артиллериста и конструктора, которым суждено будет сыграть выдающуюся роль в истории танкостроения. Еще в декабре 1915 года Этьенн от имени Жоффра обращался к Рено за помощью в разработке задуманного им «сухопутного броненосца». Но тогда Рено, загруженный заказами военного министерства и, видимо, не желавший рисковать в новом и неясном деле, отказался, сославшись на отсутствие опыта в создании гусеничных машин. За разработку первого французского танка взялся его давний конкурент, главный конструктор фирмы «Шнейдер-ле Крезо» Э. Брийе. Теперь Этьенн убеждал Рено начать проектирование легкого танка, работы над которым уже шли на официальном уровне, и пообещал первый заказ на 150 машин. Практичный Рено принял предложение разработать «бронированный футляр для мотора и двух человек».

Первый деревянный макет «пулеметной машины» (char mitrailleur) был готов уже к октябрю. Взяв за прототип разрабатывавшийся на «Шнейдер-ле Крезо» средний танк СА-2, фирма «Рено» рассчитывала построить машину проектной массой до 6 т, с упругой подвеской ходовой части, максимальной скоростью 9,6 км/ч и вооруженную пулеметом.
Этьенн был доволен проектом, но убедить в необходимости изготовления подобных машин начальника автомобильной службы генерала Муре не удалось. Рено и Этьенн, ставший к тому времени бригадным генералом, обратились к главнокомандующему маршалу Жоффру, старому другу Этьенна, с предложением о постройке танков массой около 4 т в количестве до 1000 единиц.

Рено и инженер Серре продолжали работать над проектом, не дожидаясь официальных решений. 30 декабря 1916 года Рено сам представил доработанный полномасштабный деревянный макет танка Консультативному комитету. Новинка не понравилась как раз тем, что ее создатели считали главными достоинствами. Возражения генерала Муре включали, например, слишком большое смещение назад центра тяжести и небольшой вес танка - ведь это снижало его способность «затаптывать препятствия» (ударное действие еще многие годы, не без основания, значилось среди главных характеристик танка). Другой член комитета указал на плохую вентиляцию (эта проблема первых танков была уже хорошо знакома). Один армейский офицер назвал танк «изящной игрушкой», не более. Пулеметное вооружение сочли недостаточным, критиковали малые размеры машины, из-за которых она якобы не сможет преодолевать рвы и окопы. Однако семью голосами против трех Комитет поддержал проект и согласился на заказ первой партии в 100 машин.
Первый прототип пулеметного танка был готов в конце января 1917 года и прошел испытания на заводе «Рено» в Бийанкуре (предместье Парижа). Этьенн, понимая, что бюрократические проволочки и «политические обстоятельства» могут легко погубить проект, торопился испытать прототип в Шамплие (здесь с декабря 1916 года действовал учебный лагерь «штурмовой артиллерии»), дабы успеть исправить все недочеты до официальных испытаний в апреле. Опасения Этьенна были обоснованны. Замена 26 декабря Жоффра на посту главнокомандующего генералом Нивелем лишила «отца танков» высокой поддержки. Нивель, сам вышедший из среды артиллерийских офицеров, был приверженцем классических форм «бога войны» и считал более важным заказ тракторов-тягачей для тяжелых орудий. Действительно, быстрое развитие французской тяжелой артиллерии требовало все больше механических тягачей, а легкий танк мало отвечал новой концепции французского командования: «Артиллерия захватывает, пехота занимает». Против легкого танка продолжал выступать и генерал Муре.

Испытания 9 апреля завершились успехом, и комитет, учтя мнение вице-секретариата изобретений, поддержал план Этьенна на производство 1000 машин, а уже 13 апреля приоритет танкам отдал и Нивель. В мае общий заказ на 1150 танков был утвержден. Официальные испытания легкого «Рено» прошли 21-22 апреля в Марли. Танк показал явное превосходство над моделями «Шнейдер» и «Сен-Шамон». Но уже через неделю министр вооружения Тома на основании доклада командира учебного центра Марли (где в это время проходили начальное обучение и сколачивание первые подразделения средних танков), снова попытался притормозить выдачу заказа. Среди приводимых им доводов значились необходимость увеличения внутреннего объема, размещение в башне вместе с пулеметчиком и его помощника, рост возимого боекомплекта до 10 000 патронов. При этом не учитывалось, что функции помощника пулеметчика и подносчика боеприпасов будет выполнять сама машина. Что касается одноместной башни, то она имела другой недостаток, выявившийся много позже - размещенному в ней единственному члену экипажа приходилось решать и задачи наблюдения, и выбора целей и наведения оружия.

Неудачное применение танков «Шнейдер» и «Сен-Шамон» в ходе наступления на Шмен-де-Дам 16 апреля 1917 года породило новые сомнения командования, Этьенн же в очередной раз убедился в необходимости массированного использования танков. И когда Тома с миссией отправился в Россию (дабы убедить пришедшее к власти Временное правительство воевать «активнее» во имя интересов Франции), Этьенн провел еще несколько испытаний специально для офицеров «штурмовой артиллерии». Эти испытания убедили даже генерала Муре.
Фронтовые офицеры требовали придать частям танки в большом количестве, менять проект было поздно, да и главнокомандующий Нивель склонился в пользу заказа, в первую очередь, легких боевых машин. Этьенн предложил 500 танков из 1150 заказанных вооружить 8-мм пулеметом, а 650 — 37-мм пушкой, причем без существенной переделки башни. Введение легких короткоствольных 37-мм пушек в цепи пехоты к этому времени вошло в практику, а легкий танк выглядел для них отличным носителем.
Вскоре генерал озвучил очередную цифру - 2500 танков; сюда должны были войти так называемые «радиотанки» в качестве командирских машин и для связи между танками, пехотой и артиллерией. По мнению Этьенна, каждый десятый «Рено» следовало изготавливать как «радиотанк».

1 мая после полного провала наступления и серии мятежей в армии Нивеля сменил генерал Петен, воспринявший идею танков более благосклонно. 20 июня он распорядился увеличить заказ с 1150 до 3500 единиц, причем потребовал их поставки к марту 1918 года. Заметим, что параллельно проект легкого танка разрабатывала фирма «Пежо» (с установкой одновременно 37-мм пушки и пулемета в неподвижной рубке, а двигателя в передней части корпуса).
Легкий танк получил официальное название «Char leger Renault FT modele 1917», сокращенно «Renault» FT-17. Индекс FT дала сама фирма, о его расшифровке в литературе существует ряд версий - например, fabile tonnage («легкий вес»), franchisseur de tranchees («преодолевающий траншеи»). Но дело обстояло проще, Фирма «Рено», выполнявшая различные заказы военного ведомства, использовала двухбуквенные индексы для обозначения групп продукции: AG - легковые автомобили, EG - артиллерийские тягачи, FU - тяжелые грузовики и т.п. В этом ряду FT выглядит вполне логично.

УСТРОЙСТВО ТАНКА  

«Рено» FT-17 выпускался в четырех вариантах: пулеметном (Char Mitrailler 8 mm), пушечном (Char Canon 37 mm), командирском или, как его называли, «радиотанк» (Char signal TSF) и танк огневой поддержки (Char Canon 75 mm BS) с 75-мм гаубицей «Шнейдер».
Схема компоновки с задним расположением моторно-трансмиссионного отделения (МТО) и ведущих колес, передним - отделения управления и средним - боевого отделения с установкой вооружения во вращающейся башне, до сих пор остается классической. Рено не первый поставил башню на боевую машину — вращающиеся башни с пулеметным, пушечным или смешанным вооружением тогда уже широко применялись на бронеавтомобилях. Но Рено стал первым, кому удалось создать действующий танк с вращающейся башней.
Водитель (специальность «механика-водителя» тогда еще не сформировалась) сидел в передней части корпуса по оси машины на установленном на днище откидном сиденье. Стрелок (он же командир машины) располагался в башне стоя или полусидя в брезентовой петле, позже установили небольшое регулируемое по высоте сиденье. Для входа и выхода экипажа служил лобовой люк с трехстворчатой крышкой, а в задней части башни слева выполнили аварийный люк-лаз с двустворчатой крышкой. Все крышки люков крепились на внешних петлях. Верхняя створка лобового люка со смотровой щелью на марше откидывалась вверх, образуя окно механика-водителя. В бою он вел наблюдение через три открытые смотровые щели в верхней створке и в скулах корпуса. Обитаемый объем отгораживался от МТО стальной перегородкой с двумя зарешеченными окошками для циркуляции воздуха - окошки снабжались откидными заслонками для зашиты экипажа в случае пожара двигателя.
Несущий корпус «Рено» FТ представлял собой каркас из уголков и фасонных деталей, к которым на заклепках крепились броневые листы и детали ходовой. Прототип танка имел литую лобовую часть корпуса, но сложность с получением броневых отливок нужного профиля и необходимой точности заставили сделать корпус полностью клепанным из катаных листов. Толщина вертикальных листов корпуса составляла 16 мм, наклонных - 8 мм, крыши и днища - 6 мм.
 
Бронестойкость корпуса увеличивалась за счет установки листов под наклоном. Далеко не сразу удалось решить вопрос с башней. Прототип «Рено» FТ имел литую башню со сферическим наблюдательным «куполом», выполненным заодно с крышей башни. «Купол» уже в первых серийных танках пришлось заменить цилиндрическим колпаком с пятью смотровыми щелями и грибовидной откидывающейся крышкой. Кроме упрощения изготовления, это еще и улучшало вентиляцию. Смотровые щели выполнялись также в створках башенного люка, а в клепаных башнях — и в передних скулах, хотя здесь от них было больше вреда, чем пользы. Далее пришлось упрощать и конструкцию самой башни. Фирма «Рено» по собственной инициативе оснастила первые 100 машин восьмигранной клепаной башней. Испытания показали ее полную пригодность, причем оказалось, что пушку и пулемет можно размещать в одинаковых башнях с соответствующими изменениями установки. Универсальная башня диаметром 1,07 м, приспособленная для установки пушки или пулемета пошла в серию и получила название «омнибус» (omnibus по-латыни - «для всех»). Она устанавливалась на шаровом погоне, для ее опоры на бортах корпуса приклепывались короткие скобы.
Третий и последний вариант башни имел коническую форму, которую Рено предполагал изначально. Теоретически она обладала лучшей бронестойкостью, но качество катаной плоской брони было тогда выше, чем литой или кованой, поэтому восьмигранная башня демонстрировала лучшую стойкость против бронебойных пуль, чем коническая. Эти башни изготавливались фирмой «Южин» (Acieries Paul Girod, Ugine) и ставились в основном на танки фирмы «Рено», но поставлялись и другим производителям. Машины с литыми коническими башнями появились в 1918 году, из-за чего их иногда именуют FT-18, хотя в остальном это были все те же FT-17 (далее, во избежании путаницы, будет использоваться обозначение «Рено» FT). Толщина броневых листов клепаной башни составляла 16 мм, литой - до 22 мм. В целом броня обеспечивала экипажу неплохую по тем временам защиту.

37-мм танковая пушка SA 18 «Гочкис» («Пюто»), как и пехотная Mle 1916 TR, была выполнена на основе старой морской и имела длину ствола 21 калибр, нарезной части - 15 калибров, полуавтоматический вертикальный клиповый затвор, пружинные противооткатные устройства, литой кожух люльки, пистолетную рукоятку управления, телескопический прицел. Для установки в башню пушка крепилась в полусферическом щите, который своими горизонтальными цапфами опирался в гнезда поворотного вертикального щита. Угол вертикальной наводки - от -20° до +35°. Стрельба велась унитарными выстрелами с чугунной (435 г) или стальной (560 г) осколочными гранатами, снаряженными мелинитом, и бронебойным снарядом (510 г). Начальные скорости снарядов - соответственно 402, 367 и 390 м/с. Дальность стрельбы — до 2400 м, однако видимость из танка позволяла стрелять не далее 800 м. Бронебойный снаряд мог пробивать 12-мм броню на дальности до 500 м. Для самообороны вблизи танка (75-100 м) служил картечный выстрел. Боевая скорострельность - до 10 выстр./мин. Трубка оптического прицела защищалась стальным кожухом. Стрелок с помощью наплечников усилием плеч и спины поворачивал башню, производя грубую наводку, затем с помощью плечевого упора пушки доворачивал ее на цель. Аналогично производилась наводка и в пулеметном варианте танка, угол вертикальной наводки пулемета составлял от -20° до + 35°.
В отличие от англичан, выбравших в конце концов танковый пулемет на основе ручного «Гочкиса», французы ставили в пулеметные «Рено» FT-17 свой «длинный» 8-мм станковый «Гочкис» модели 1914 года (М1е 1914 Hotchkiss), использовавшийся в пехоте. Автоматика пулемета работала за счет отвода пороховых газов, темп стрельбы составлял 600 выстр./мин, питание от жестких лент (обойм), сцепленных по несколько штук, органами управления служили пистолетная рукоятка и рукоятка на затыльнике пулемета. Размеры оружия затрудняли действия стрелка в башне, а установка коробки с лентой составила большую проблему. Всего было изготовлено 2100 пулеметных танков. Боекомплект выстрелов к пушке (200 осколочных, 25 бронебойных и 12 картечных) или патронов к пулемету (4800 - 50 лент по 96 патронов) размещался на днище и на стенках боевого отделения.

Четырехцилиндровый рядный карбюраторный двигатель Renault 18CV устанавливался по оси машины, имел диаметр цилиндров 95 мм, ход поршня 160 мм, карбюратор типа «Зенит», зажигание от магнето и регулятор числа оборотов; запускался заводной ручкой изнутри или снаружи (с кормы) машины. При 800 об. мин. двигатель развивал мощность 20 л.с., при 1000 оборотах - 27 л.с., при 1500 - 39 л.с. Топливный бак размещался впереди двигателя у перегородки. Подача бензина производилась насосом с мембраной или пульсатором, а на больших уклонах потреблялся бензин из дополнительного бачка. Жидкостное охлаждение выполнялось по термосифонной схеме, трубчатый радиатор обдувался вентилятором, обеспечивавшим также вентиляцию обитаемого объема. На прототипе имелись бортовые жалюзи в задней части корпуса охлаждения, но серийные танки их утратили. Воздух засасывался через продольную щель в крыше моторно-трансмиссионного отделения, прикрытую приподнятой бронекрышей. Выхлопная труба с глушителем выводилась с правого борта. Бронекрыша и верхние наклонные листы откидывались на петлях вперед, так что доступ к двигателю был достаточно удобен. Запас топлива обеспечивал время движения танка до 8 ч, а доливать воду в радиатор приходилось значительно чаще.
Вращающий момент двигателя через коническое сцепление передавался на механическую коробку передач с надвижными шестернями, дававшую четыре скорости вперед и одну назад: 1-я и задний ход - 1,52 км/ч,
2-я — 2,05 км/ч, 3-я - 3,36 км/ч, 4-я - 5,2 км/ч. Механизмами поворота служили конические бортовые фрикционы (что также оказалось довольно удачным выбором), управлявшиеся через коленчатый и качающийся рычаги. Управление осуществлялось отключением соответствующей гусеницы и ее торможением с помощью ленточного тормоза. Стальная лента тормоза покрывалась ферродо или кожей. «Рено» был наиболее «поворотливым» среди первых танков и мог разворачиваться на месте вокруг вертикальной оси. Водитель пользовался двумя рычагами поворота, рычагом управления коробки передач. Педалями газа, сцепления и ножного тормоза, рукоятками акселератора и тормоза.

Если ходовая часть средних французских танков «Шнейдер» и «Сен-Шамон» (как и германского А7У, кстати) представляла собой модификацию движителя американского трактора «Холт», то у легкого «Рено» она была выполнена более оригинально. Ходовая часть с блокированной пружинной подвеской включала на один борт четыре тележки — одну с тремя, остальные с двумя опорными катками. Последние - малого диаметра, сдвоенные, с внутренними ребордами. Тележки попарно соединялись шарниром с балансиром, который сам шарнирно подвешивался к полуэллиптической листовой рессоре. Концы рессоры подвешивались к продольной двутавровой балке, крепившейся на борту корпуса. Из-за малого динамического хода катков и отсутствия амортизаторов такую подвеску иногда называют «полужесткой». Верхняя ветвь гусеницы лежала на шести сдвоенных поддерживающих роликах, собранных в длинной обойме, задний конец которой крепился на шарнире, а передний подрессоривался винтовой пружиной - так должно было автоматически поддерживаться натяжение гусеницы. Одинарное ведущее колесо заднего расположения захватывало гусеницу за шарнир траков. Одинарное направляющее колесо крепилось на передней части продольной балки в вилке с винтовым механизмом регулировки натяжения гусеничной цепи. На многих машинах для уменьшения шума и веса, а также удешевления производства, направляющее колесо изготавливалось из дерева со стальным каркасом и ободом — единственный случай в истории танкостроения. В литом траке гусеницы выделялась подушка (башмак) шириной 324 мм с грунтозацепом и два рельса (движение опорных катков по «рельсами» было типично для гусеничных шасси того времени). Траки соединялись пальцами, фиксировавшимися шайбами и втулками с чеками. Шарнир трака изнутри прикрывался отгибом подушки. Ширина колеи гусеничного хода - 1,4 м.

Для форсирования рвов танк оборудовали съемным «хвостом». Он крепился на корме двумя стальными осями с засовами, на марше его поворачивали вокруг верхней оси и забрасывали на крышу моторно-трансмиссионного отделения, но могли оставлять и в «боевом» положении — в этом случае на «хвосте» крепили полезный груз (обычно - личные укладки экипажа), иногда даже сажали кого-либо из технических подразделений или пехотинцев. При преодолении широкого рва «хвост» упирался в его передний скат, пока центр тяжести танка не достигал противоположного края. Длина танка с «хвостом» достигала 4,96 м. Впоследствии под влиянием «Рено» FТ подобным устройством оборудовали многие сравнительно тихоходные танки сопровождения пехоты. Низкое удельное давление на грунт, не превышавшее 0,6 кг/см2, обеспечивало хорошую проходимость, танк преодолевал короткие подъемы до 45° и 1,8-метровые рвы, а вынесение оси направляющего колеса вперед-вверх и его большой диаметр способствовали преодолению вертикальных препятствий, а также позволяли танку выбираться из больших воронок. Спереди и сзади на корпусе машины имелись буксирные крюки, в комплект танка включали трос и буксирные цепи, которые обычно подвешивали вдоль «хвоста». На бортах МТО крепили ящики с ЗИП.

Большое значение придавалось «таранному» действию: вопреки первоначальному скепсису, «Рено» опрокидывал дерево или деревянный столб диаметром до 250 мм, железный столб диаметром 50 мм. «Затаптывание» проволочных заборов «Рено» FТ производили обычно попарно, двигаясь в 50—100 м друг от друга.
Реализованная в танке «Рено» схема компоновки обеспечивала водителю лучший обзор, вооружению - круговой обстрел, гарантировала от заволакивания поля обзора дымом из выхлопной трубы, уменьшала опасность для экипажа при возникновении пожара в моторно-трансмиссионном отделении, давала лучшее распределение веса по длине танка с точки зрения проходимости. В то же время двигатель и ведущие колеса оказывались лучше защищены от вывода из строя огнем противника.
К недостаткам конструкции «Рено» можно отнести высокое расположение центра тяжести - танк легко опрокидывался при боковом крене, на резких поворотах и даже на небольших контрэскарпах. Однако имея меньшие размеры, он обладал лучшей проходимостью, чем средние французские танки, преодолевал одинаковые с ними рвы, на вертикальные препятствия взбирался лучше, а его более легкое вооружение обеспечивало большую эффективность в бою за счет вращающейся башни. Небольшие размеры FТ-17 давали ему преимущества по сравнению со средними и тяжелыми машинами на пересеченной и лесистой местности. Кроме того, «Рено» был сравнительно простым и дешевым в производстве. В результате он стал основной машиной французских танковых сил и убедительным доказательством перспективности танков как нового вида вооружения.
Правда, малые скорость и запас хода требовали специального транспорта для переброски танков к передовой по обычным дорогам. Первоначально для этого планировали использовать 7-тонные грузовые автомобили (их специально заказали в 1917 году), но уже в июле 1918-го «Рено» успешно перебрасывались в боеготовом состоянии стандартными двухосными 5-тонными грузовиками «Пирс-Эрроу» с усиленными рамой и кузовом - перегруз автомобиль выдерживал вполне сносно. Погрузку и выгрузку танк мог производить своим ходом по приставной деревянной аппарели.

Готовую модель «радиотанка» «Рено» TSF (Telegraphie Sans Fit - «беспроволочный телеграф») фирма смогла представить только 10 декабря 1917 года. Эта машина имела неподвижную прямоугольную рубку, в которой размешались коротковолновая радиостанция ER10 «Эроте», а также три члена экипажа - водитель, наблюдатель и радист. Проволочная антенна натягивалась между выдвижной мачтой на рубке и рамкой на конце «хвоста». Дальность радиосвязи достигала 80 км. Масса «радиотанка» 7 т, толщина брони 8-16 мм, высота 2,5 м, скорость и запас хода — такие же, как у базовой машины. В каждой танковой бригаде «радиотанки» находились в ведении специального офицера службы связи и использовались в интересах как танковых подразделений, так и пехотных дивизий, с которыми они взаимодействовали. Войска не слишком их любили за ненадежность радиостанции, быстро терявшей настройку или выходившей из строя после дорожной тряски и необходимости сворачивать — разворачивать высокую и хрупкую антенну. К концу войны только три полка получили машины TSF, а всего их изготовили 188 единиц. Поэтому в качестве командирских использовались и обычные «Рено» FT, с которых иногда снимали вооружение, оставляя амбразуру башни открытой - получался подвижный наблюдательный пункт.

Задание на «Рено» BS - танки огневой поддержки - Этьенн сформулировал еше в июле 1917 года, причем предлагал безбашенную схему с установкой орудия в корпусе. Но в результате 75-мм гаубицу «Шнейдер» (Schneider тип S) установили в увеличенной, по сравнению с башней, не вращающейся восьмигранной пирамидальной рубке с кормовой нишей (дабы дать место для отката ствола гаубицы с казенником), большим люком в борту и откидной крышей. «Рено» BS оборудовались креплением для сборного 4-метрового моста типа «Орли» на лобовой части - танк мог укладывать этот мост на широкий ров, обеспечивая преодоление его линейными танками «Рено». Планировалось иметь один танк BS на пять линейных танков (то есть на каждый танковый взвод). Но повоевать «Рено» BS не пришлось: до конца войны ни одного из 600 заказанных BS не построили, а уже после окончания боевых действий собрали всего 39 штук.
Если конструкция «Рено» являла пример основательной инженерной проработки (первые британские и французские танки все же несли в себе элемент кустарщины), то спешная организация массового производства не могла не сказаться на их качестве. Около трех четвертей танков первых серий имели серьезные неисправности, часть из них даже были возвращены на завод. Так, на март 1918 года выявилась недостаточная ширина и неплотное прилегание верхней створки лобового люка, недостаточная надежность коробки передач, отсутствие полного комплекта ЗИП (проблема так и не преодоленная к концу войны). Плохая уравновешенность башни затрудняла наводку, а торчавшие внутри башни гайки петель люка-лаза являлись причиной травм для командира машины. Многие детали конструкции доводились уже в процессе производства или в мастерских. Нестабильность работы пульсатора, подававшего топливо в карбюратор, пытались устранить, заменив его мембрану фибровой прокладкой, но она быстро выходила из строя, и в июле 1918 года в мастерских танковых частей нашли решение, применив в карбюраторе особый латунный диск. Наиболее серьезными недостатками оказались быстрый износ и поломки пальцев и втулок шарнира гусеницы, а также частые разрывы ремня привода вентилятора, из-за чего двигатель быстро перегревался. Например, при Суассон 18 июля 1918 года около 10% «Рено» 503-го танкового полка не смогли пойти в бой по этой причине. Многие просчеты компенсировались относительно высокой ремонтопригодностью «Рено», которая позволяла возвращать их в строй быстрее, чем средние «Шнейдер» или «Сен-Шамон». Хронический же недостаток запасных частей и ремонтных средств заставил держать в подразделениях резервные танки для быстрого восстановления боеспособности. Опыт эксплуатации «Рено» FT позволил выявить и последовательность износа узлов и агрегатов, а значит - определить порядок технического обслуживания. Сначала из строя выходили гусеничные цепи и опорные катки, затем подвеска и наконец двигатель (если не считать упомянутые проблемы с пульсатором и ремнем вентилятора).

«Рено» FT-17 послужили базой и для ряда экспериментов. В 1918 году на его шасси был изготовлен первый танк-тральщик с плужным минным тралом, оставшийся опытным (как, впрочем, и выполненный примерно в то же время британский танк-тральщик с катковым тралом на основе тяжелого танка Мк V**). Пытались превратить «Рено» FT в плавающую машину, транспортер, носитель фашин для преодоления широких рвов, самоходные орудия, но дальше опытов дело не пошло. Шасси «Рено» FT было использовано при создании легкого 3,5-тонного трактора «Рено» H.J., предназначенного для вспомогательных служб.
В конце 1918-го-1919 году во Франции был построен ряд опытных самоходных артиллерийских установок. В основном это были тяжелые орудия на шасси «Сен-Шамон», однако в 1919 году испытали, по крайней мере, одну установку легкой 105-мм гаубицы на шасси легкого танка «Рено» FT.
 
В БОЯХ 1918 ГОДА(данные приводятся частично,полную и развернутую информацию вы можете прочесть в указанных источниках, на основе которых была написана эта статья - прим. ред.)

Боевая служба «Рено» была долгой и разнообразной, но подлинную славу они приобрели на Западном фронте Первой мировой. За период с 31 мая по 11 ноября 1918 года они имели 3292 встречи с врагом, в ходе которых было потеряно 440 машин. Первый выход «Рено» FT в бой оказался несколько неожиданным и не особенно успешным.
Танки, рассчитанные на массовое применение в планомерной атаке (к чему и готовились их экипажи) были вынужденно брошены в небольшом количестве в частную контратаку в крайне трудной для французов ситуации мая 1918 года при втором германском наступления на реке Эн. Собственно, их хотели пустить в дело уже в конце марта, но тогда большое германское наступление застало союзников в полной неготовности оказать противодействие. Танки были еще не боеспособны - скажем, у пушечных «Рено» отсутствовало вооружение.
В апреле прошло спешное доукомплектование и обучение трех батальонов. К 1 мая из 216 сданных армии «Рено» FT годными признали только 60. Танки доводили уже в парках, а к лету в Бурроне образовалось настоящее «кладбище» неисправных машин.
29 мая 1918 года три батальона «Рено» 501-го полка были переданы 6-й французской армии для поддержки действий пехоты у леса Рец (другое название Виллер-Котере) на подступах к Парижу. Для переброски использовались грузовики «Пюррей» и прицепы «Ла-Бюир», буксируемые тракторами. 31 мая три взвода «Рено» от 304-й и 306-й танковых рот с 4-м стрелковым полком марокканской дивизии атаковали Плуази, а три взвода 305-й роты с 7-м стрелковым полком - Шазель. В бой пошел 21 танк.
Маскируясь в хлебах и кустарнике от наблюдения с германского аэростата, танки двигались впереди пехоты, рассеяли противника огнем, подавили пулеметные точки и продвинулись на фронте 2 км на глубину 1,5 км. Но марокканские стрелки, никогда не видевшие танков и в большинстве своем даже не понимавшие по-французски, не продвинулись за ними, и атака окончилась ничем. После выхода на открытое место, да еще и без пехотного прикрытия, машины оказывались под огнем артиллерии. Три из них подбили, причем одна попала в руки противника. Командир 501-го танкового полка потом сравнивал самопожертвование танков «Рено» в первых же боях с подвигами «древней конницы в критические, порой даже безнадежные, моменты». Тем не менее контратаки «Рено» заставили германские части остановиться у леса Рец.
Здесь стоит упомянуть об интересном эпизоде, произошедшем в ходе этого столкновения. 31 мая в лощине Шазель состоялся настоящий поединок между танком и противотанковым орудием. «Рено» 304-й роты (2-й батальон) у выхода из лощины попали под огонь замаскированной 77-мм пушки. Первые германские снаряды легли перед танками передового взвода. Его командир, выстрелив в сторону орудия, отвел машину за кустарник и связал орудие дуэлью, пока остальные «Рено», двигаясь зигзагами, вырвались вперед. Недостаточные скорострельность и угол обстрела не позволили германскому орудию быстро перенести огонь. В результате только у одного танка был поврежден осколками «хвост». Когда, наконец, подошла группа марокканских стрелков, танкисты указали ей местоположение орудия. Германский расчет был уничтожен, пушка добита танками.

2 июня у восточной опушки леса Рец на фронте Фавероль-Корси 45 танков 3-го батальона «Рено» и 308-й роты «Рено» с пехотой 11-го армейского корпуса на фронте около 6 км контратаковали германские части. Бой распался на ожесточенные поединки отдельных танков с группами пехоты и пулеметами противника. В результате, у немцев были отбиты населенные пункты Фавероль и Сен-Поль, а французская пехота, продвинувшись на 1,5 км, и закрепилась на новых позициях.
Примечательный бой состоялся у леса Рец утром 3 июня. Пять «Рено» взвода 307-й роты провели контратаку на Фавроль против частей германской ударной 28-й резервной дивизии, остановившейся после атаки. Против двух танков, прорвавшихся в глубь позиций противника, немцы бросили полк и два батальона дивизионного резерва. Только объединенными усилиями пяти германских пехотных батальонов удалось вывести танки из строя и взять в плен экипажи. Но все же «Рено» обеспечили продвижение своей пехоты по дороге на Троен. Вечером того же дня, в том же районе, 15 «Рено» 301-й и 304-й рот охватили ферму Вертфейль и позволили следующей за ними пехоте закрепиться здесь почти без потерь.

Контратака 4 июня трех взводов «Рено» из 302 и 308-й рот (всего 15 танков) на ферму Ла-Гриль успеха не имела. Танки, двигаясь по лесным просекам, пытались вести огонь, совершенно не видя целей. Фермы они достигли без пехоты, так что закрепить захваченный пункт было некому. То же повторилось 6 июня - танки вышли на ферму Ла-Гриль, но пехота не могла на ней закрепиться. Зато 5 июня всего 5 «Рено» (взвод 302-й роты), контратакуя со 136-м пехотным полком продвинувшегося вперед противника во фланг, оттеснили его от фермы Шавоньи, уничтожив 10 пулеметов. Наконец, 12 июня 15 танков 309-й роты «Рено» с 233-м пехотным полком, преодолевая засеки и огонь замаскированных пулеметов, продвинулись за ферму Ла-Гриль и вытеснили противника из леса Рец на этом участке.

Решающую роль «Рено» сыграли в бою под Суассоном 18 июля 1918 года, когда 10-я и 6-я французские армии предприняли контрнаступление на фронте 50 км между реками Эн и Марна с целью ликвидации Марнского выступа фронта, образовавшегося после германского прорыва. Основной удар на 15-километровом участке между реками Эн и Урк наносила 10-я армия генерала Манжена, хорошо укомплектованная танками (343 машины - 3 группы «Шнейдер», 3 группы «Сен-Шамон», 3 батальона «Рено») и артиллерией. 6-я армия наступала на участке между реками Урк и Марна. Пять батальонов «Рено» 14—17 июля водным транспортом и по грунтовым дорогам перебросили с фронта 1-й и 3-й армий. В ночь на 17 июля танки занимали выжидательные позиции, причем «Рено» подходили к ним от места выгрузки своим ходом, а это составляло 12-14 км - по тем временам немалый путь.
Сосредоточение танков удалось провести достаточно скрытно. Удар нанесли внезапно, практически без артподготовки, которая длилась всего 10 минут и под прикрытием предрассветного тумана. Всего в атаку пошли 245 «Рено», 100 «Сен-Шамон» и 123 «Шнейдер». Первые линии германской обороны были быстро прорваны, в 7.15 в бой брошен и танковый резерв. Уже к 8 часам утра продвижение составило 4-5 км. Около 10.00, когда рассеялся утренний туман, французские летчики установили, что германский фронт прорван на протяжении 15 км в направлении на Суассон. 1-й и 2-й батальоны «Рено» из резерва были приданы 20-му корпусу, 3-й - 30-му корпусу 10-й армии. К полудню войска достигли артиллерийских позиций противника. К концу дня 10-я армия продвинулась на 9 км, 6-я - на 5 км. Противник потерял 12000 пленными и 250 орудий. Именно «массами танков» объясняли германские офицеры этот успех французов. Единственным участком, где германцы не отошли со своих позиций, был фронт наступления 11-й французской дивизии, не имевшей танков.

На фронте 6-й армии 42-я группа «Сен-Шамон» почти не участвовала в бою, поскольку не смогла догнать (!) пехоту, зато танки «Рено» действовали весьма успешно, причем не только днем, но и вечером. Так, 310-я рота «Рено» поддержала атаку 7-го пехотного полка на две высоты к югу от Эйн, начатую в 18.30. Танковые роты, приданные наступавшим батальонам, выгрузились с грузовиков у самых исходных позиций и двинулись в обход высоты, подавив огнем пулеметы на обратных скатах и обеспечив выполнение задачи.
Действия легких танков позволяли войскам наступать так быстро, как быстро могла двигаться пехота. Но это же показало, что при наличии резерва танков, необходим и постоянный приток свежих пехотных частей, чтобы использовать появившееся преимущество и, с одной стороны, быстро закрепить захваченные позиции, с другой, продолжить наступление с танками.

Самым крупным сражением Первой мировой войны с использованием танков (а без них в 1918 году уже ни одна операция союзников не обходилась) было наступление у Амьена с целью освободить железную дорогу Париж-Амьен и срезать выступ германского фронта. Главный удар наносила 4-я британская армия, наступавшая на фронте 18 км от дороги Амьен-Руа до Морланкур. Британцы стянули для наступления 580 танков различного назначения - 324 тяжелых и 96 средних, 42 танка технического резерва, 96 машин снабжения и 22 танка - транспортера орудий. Но и французы внесли свой вклад — южнее англичан действовала 1-я французская армия, на ее левом фланге на фронте 10 км наступал 31-й армейский корпус с 90 танками «Рено». Танки скрытно прибывали на исходные позиции между 31 июля и 5 августа. 45 «Рено» 9-го батальона поддерживали 37-ю пехотную дивизию, столько же танков 11-го батальона получила 42-я дивизия.

ОКРАСКА И ОБОЗНАЧЕНИЯ  

Как и англичане, французы начали с деформирующей многоцветной окраски своих боевых машин. Постепенно стандартным стал двухцветный камуфляж из больших неправильных округлых пятен бежевого (или желтого) и зеленого (сине-зеленого) цвета, переходивших с одной поверхности на другую. Но использовалась также трехцветная (грязно-желтая, темно-зеленая, коричневая) и четырехцветная (зеленая, желтая, бежевая, коричневая) окраска. Иногда пятна окантовывали черными полосами. Танки окрашивались прямо на заводе вручную, так что подобный камуфляж по сочетанию расцветок, рисунку и форме пятен мог заметно отличаться. С увеличением выпуска танки стали чаще направлять в войска с заводов в однотонной темно-зеленой окраске. Соответственно обстановке их могли пускать в бой в такой окраске или наносить камуфляж в депо или в самих подразделениях.
На заводе «Рено» пятизначный серийный номер машины обычно изображался белой краской на балках ходовой части либо на лобовой части под крышками люка механика-водителя. Промышленные серии танков несли номера с 66000 по 73000. На бортах корпуса рисовался порядковый (видимо, армейский, учетный в частях «штурмовой артиллерии») номер. При нанесении камуфляжа эти номера часто закрашивались. Однако экипажи в подразделениях нередко сами наносили номер машины на борту или корме башни и на внутренней стороне крышки люка механика-водителя — для быстрого опознавания в подразделении на марше.
Во французской армии, как и в британской и германской, танкам могли присваивать собственные имена, дававшиеся порой не без специфического юмора - «Le Tigre» («Тигр»), «Loulou» («Лy-Лy»), «Le Nain Jaune» («Желтый карлик»), а также рисовать подковы, аллегорические фигуры, вензеля.
В 1918 году во французской «штурмовой артиллерии» установилась официальная система обозначения подразделений определенными значками разных цветов. В подразделениях «Рено» они наносились на бортах ближе к корме. Батальоны в составе танкового полка имели для значков следующие цвета: l-й батальон - голубой, 2-й - красный и 3-й - желтый. Роты в батальоне различались геометрическими фигурами: 1-я рота — круг диаметром 350 мм, 2-я - квадрат со стороной 300 мм, 3-я - равнобедренный треугольник высотой 450 мм. Взводы внутри роты несли обозначение с символикой карточных мастей («тузы»), вписанных в соответствующую геометрическую фигуру: 1-й взвод - пики, 2-й - черви, 3-й - бубны, 4-й - трефы. Например, красные трефы в белом треугольнике обозначали принадлежность танка «Рено» четвертому взводу третьей роты (АS 315 по сквозной нумерации подразделений) второго батальона (5 ВСС по сквозной нумерации) 502-го полка «штурмовой артиллерии»: голубые черви в белом круге - второй взвод первой роты первого батальона 505-го полка. Поскольку танки распределялись по пехотным частям подразделениями, принадлежность к танковым полкам специально не обозначалась. Во взводах «Рено» FT пулеметные танки несли голубой флажок (вымпел) на колпаке башни, пушечные - красный. Это позволяло пехотинцам различать их и знать, на какую поддержку они могут рассчитывать.

Американские легкотанковые подразделения в Европе в 1918 году использовали французский принцип обозначений, но привязали его к своей организационной структуре, а значки наносили на бортах и корме башни танка. Так, красные черви в белом ромбе с белой же цифрой «1» над ним указывали на 1-й танк второго взвода роты С в 327-м американском танковом батальоне. Американцы пытались вводить и свой рисунок камуфляжа - например, зеленые разводы на песочном фоне.

МОДЕРНИЗАЦИЯ

По состоянию на 1921 год французская армия располагала 3737 «Рено» FT. Списать такое огромное количество машин было жалко, и необходимость их модернизации представлялась очевидной. Часть этих танков оснастили электростартером, фарой на левом борту, новым вентилятором системы охлаждения, улучшили систему смазки ведущих колес и систему подачи топлива (ведь именно вентилятор и топливопитающая система оставались среди главных проблем «Рено» FT).
Дальнейшие попытки модернизации касались в основном повышения плавности хода и увеличения средней скорости и небольших изменений в вооружении. С переходом «Рено» FT в ведение пехоты, ее руководство выдвинуло требования на новую легкую боевую машину (nouveu char) с улучшенными ходовыми качествами. Поскольку средства на это выделялись небольшие, Рено решил выполнить задачу посредством модернизации имеющихся танков FT. Работы начались в 1923 году. Машине, получившей индекс NC предполагалось дать новую ходовую часть, обеспечивающую меньшее раскачивание корпуса при тех же скоростях движения. Параллельно велась работа над двумя вариантами - для NC-1 выбрали металлическую гусеницу, а для NC-2 - резиновую, по типу, разработанному Альфредом Кегрессом. Движитель с резиновой гусеницей Кегресс разработал в России еще накануне Первой мировой войны, но после 1917 года перебрался во Францию. Возможность значительно облегчить гусеничный ход заменой тяжелой стальной звеньевой гусеницы сплошной резиновой и при этом - теоретически - увеличить проходимость, привлекла внимание.
Первый прототип NС-1 был построен в 1925 году. Длина корпуса была увеличена. Балка, точнее, полка для монтажа ходовой части располагалась посередине высоты борта корпуса. Снизу к ней крепились три блока оригинальной свечной подвески. Блок включал две телескопические штанги и расположенную между ними массивную цилиндрическую пружину. К каждой штанге крепился балансир с двумя сдвоенными опорными катками малого диаметра. Оси балансира соединялись треугольной рамой, к верхнему углу которой крепилась пружина. Кроме этих 12 опорных катков, имелись также крайние натяжные катки, подвешенные независимо на подрессоренных рычагах. Гусеница шириной 340 мм представляла собой развитие гусеницы «Рено» FT. Ведущее колесо с зубчатым венцом устанавливалось в задней части корпуса, направляющее колесо с винтовым механизмом регулировки натяжения монтировалось на особой балке. В результате увеличилась длина опорной поверхности гусениц и плавность хода. Машина массой 10,5 т получила новую силовую установку - 4-цилиндровый двигатель 62 СV мощностью 60 л.с. (при 2000 об.мин). Под новый двигатель пришлось удлинить кормовую часть корпуса. Выхлопная труба с глушителем выводилась с левого борта. Запас хода повысили до 100 км. Трансмиссия включала шестискоростную коробку передач и дифференциал в качестве механизма поворота. В ходе испытаний NС-1 выяснилось, что удлиненная ходовая часть, позволявшая без «хвоста» преодолевать рвы шириной до 2,3 м, оказалась сложной и ненадежной, запас хода небольшим, обслуживание двигателя - хлопотным и неудобным.

В 1926 году были выдвинуты требования на доработку машины. При этом был внесен ряд изменений. В частности, танк получил новую мелкозвенчатую гусеницу шириной 305 мм с развитыми грунтозацепами траков. Металлические гусеницы новой конструкции могли заменяться резинометаллическими шириной 320 мм. Скорость на резинометаллических гусеницах достигала 35 км/ч.
Однако в 1928 году программу прикрыли, и танк под обозначением NС-27 был представлен на рынок. В следующем году NС-27 в небольшом количестве закупила Япония, для испытаний один танк приобрела Швеция (он сохранился в шведском танковом музее в Аксвелле) и один Польша.
Проект NС-2 прошел несколько этапов, соответственно машины известны под несколькими, достаточно условными обозначениями. «Рено» модели 24/25 (М24/25) стали переделкой старых танков, которые оснастили подвеской с большим ходом восьми сдвоенных опорных катков, сблокированных попарно на четырех тележках-балансирах, и резиновой гусеницей типа Кегресс («Кегресс-Хинстин»), позволявшей еще и уменьшить массу и шумность гусеничного хода, а также потери мощности в ходовой части. Тележки крепились на кронштейнах и подрессоривались по две парами листовых полуэллиптических пружин. Зацепление гусеницы первоначально обеспечивалось силой трения между ведущим колесом и гребнем гусеницы, но при массе танка свыше 7 т это не работало так успешно, как в легких не бронированных машинах. Поэтому ввели сдвоенное ведущее колесо гребневого зацепления большого диаметра с прямоугольными зубьями на торцах. Центральный высокий гребень гусеницы предотвращал ее сползание с катков. Ведущее колесо имело цепной привод от двигателя через цепь Галля, что, скорее всего, также было заимствовано из схемы А. Кегресса (хотя по сравнению с «Рено» FT это был шаг назад). Правда, скорость увеличилась до 12 км/ч, уменьшился расход топлива и возрос запас хода. Для защиты гусениц и преодоления рвов спереди и сзади навешивались барабаны - опять же по типу «кегрессов».
Испытания М24/25 в Марокко разочаровали. Живучесть резиновой гусеницы оказалась крайне низкой, и при следующей модернизации ее заменили армированной резиновой с металлическими башмаками. На «Рено» М26/27 установили 45-сильный двигатель, увеличив скорость до 16 км/ч и запас хода до 160 км, сняли барабаны.
Опыт Марокко и испытания в метрополии заставили отказаться от идеи резиновой гусеницы на танке (хотя позднее эта идея возрождалась вновь и вновь для малых бронемашин и оказалась вполне живучей для снега и болотоходных транспортных машин).

На коммерческий рынок NC-2 поступил под обозначением NC-31. Такие машины закупили Китай и Польша (19 единиц), несколько штук приобрела Югославия.
Во Франции на NC-2 опробовали установку нового двигателя мощностью 75 л.с., новой конической башни со спаренными пулеметами, но машина осталась опытной. Был разработан трехместный вариант с улучшенным бронированием и установкой одного пулемета в башне и еще одного в лобовой части корпуса.
Опытная модификация танка NC-3 стала прототипом среднего танка D1. Еще в 1920 году «Делоне-Бельвиль», участвовавшая в производстве «Рено» FT, на основе его элементов и башни построила опытный средний танк массой 14,3 т, с экипажем 3 человека, удлиненными корпусом и ходовой частью.

В середине 1930-х годов «Рено» FT перевооружили 7,5-мм пулеметом М1е 1931 с боекомплектом 4500 патронов. Пулемет, выполненный на основе ручного пулемета М1е 1924/29 «Шательро», имел массу 16,3 кг, автоматику с газовым двигателем, темп стрельбы 600 выстр./мин, питание из дискового магазина, плечевой упор, пистолетную рукоятку с большим изгибом. Ствол и газоотводная система укрывались бронекожухом. Смена калибра танкового пулемета в связи с обшей заменой патрона пехотного оружия армии была совершенно логична. Перевооруженные пулеметные танки известны также как «Рено» FT-31.
В 1930-е годы «Рено» FT получили новый камуфляж - их красили темной охрой, поверх которой наносили неправильной формы красно-коричневые и темно-зеленые полосы. В Сирии (63-й батальон) такой камуфляж дополняли черные волнистые линии. На балках ходовой части, кроме серийного номера танка, наносилась армейская эмблема в виде белой горящей гренады с черным номером, который присваивался танку во взводе. Традиция обозначений подразделений цветными «тузами» сохранялась во французских танковых частях до Второй мировой войны. «Рено» FT, использовавшиеся во французских военно-воздушных силах, соответственно несли на лобовом листе корпуса и бортах башни эмблему ВВС - круглую кокарду из синего, белого и красного кругов.
Только в 1934 году, через десять лет после принятия программы NС, командование французской армии сформулировало требования к новому танку поддержки пехоты. Он должен был иметь массу 8 т, экипаж 2 человека, скорость 20 км/ч, максимальную толщину брони 40 мм, вооружение - два пулемета или 37-мм пушка. Из представленных проектов французские военные отдали предпочтение модели «Рено» ZМ, получившей в войсках обозначение R-35 (танки даже имели съемный «хвост»). Первые танки «Рено» R35 на замену «Рено» FT поступили в 9-й батальон ВСС в июне 1937 года. Позже появился и легкий танк Н35 «Hotchkiss».


Список источников:


  • Холявский Г.Л. "Полная энциклопедия танков мира 1915 - 2000 гг" 1998 г.
  • М.Коломиец,С.Федосеев "Танк №1 Рено ФТ-17. Первый,легендарный" Москва "Яуза" 2010 г.
  • С.Федосеев "Танки Первой мировой войны" ЭКСМО Москва 2010 г.
Категория: Бронетехника Первой Мировой войны | Добавил: Sherhhan (10.09.2013) | Автор: Дмитрий Гинзбург
Просмотров: 1860 | Теги: Reno FT-17 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]